Федеральная антимонопольная служба (ФАС) готовит законопроект, запрещающий всем субъектам электроэнергетики, включая производителей электроэнергии, выполнять функции операторов майнинговой инфраструктуры. О подготовке документа сообщил замруководителя ФАС Геннадий Магазинов 16 сентября. В ближайшее время законопроект будет вынесен на общественное обсуждение. Ассоциация малой энергетики (АМЭ) анализирует инициативу, чтобы оценить возможные риски и возможности для отрасли и влияние предлагаемых ограничений на инвестиционный климат в сегменте распределенной генерации.
О том, какие последствия будет иметь законопроект, говорить рано. Границы допустимой деятельности станут понятны только после публикации текста документа. Однако на данном этапе уже можно говорить о том, что новый запрет является частью более широкого тренда по регулированию энергоемких вычислений. Законопроект ФАС в этом контексте — новый этап формирования такой регуляторной базы.
Экономическая логика разделения функций может заключаться в снижении конфликта интересов и предотвращении ситуации, при которой производитель электроэнергии одновременно заинтересован в наращивании энергоемкой нагрузки, что создает риск сокращения доступного ресурса для других потребителей.
В обычной энергетической модели рост спроса – это экономический стимул для производителя. Но в данном случае рост энергопотребления со стороны собственного майнинг-объекта может привести к повышенной потребности в сетевом строительстве и усилению дефицита мощностей в ряде регионов. Майнинг и ЦОД – энергоемкий сегмент нагрузок, и вопрос сохранения территориальных балансов мощности остается острым.
По данным СО ЕЭС, в апреле 2026 г. существующая присоединенная мощность ЦОД в России, включая майнинг, составляла ~4,2 ГВт. Годовое потребление ЦОД и майнинговых объектов оценивалось в ~29,5 млрд кВт·ч (~2,4% российского электропотребления). При этом доля ЦОД в структуре электропотребления выросла с 1,4% в 2022 г. до 2,2% в 2025 г.
При этом проблема заключается не только в общем объеме нагрузки, но и в высокой концентрации энергоемких нагрузок в отдельных регионах с низкой стоимостью электроэнергии или интенсивным ростом потребления. В результате новые ЦОД и майнинговые объекты конкурируют за уже ограниченный сетевой ресурс.
Территориальные ограничения на майнинг уже стали одним из инструментов регулирования энергопотребления. Правительство вводит их в регионах с дефицитом мощности: в 2026 г. с 1 апреля круглогодичный запрет на майнинг действует в ряде регионов Бурятии и Забайкальского края; с 15 августа майнинг запрещен в Москве, Московской области и отдельных территориях Курской области. Однако эти ограничения остаются самостоятельным фактором. Даже корректно структурированный законопроект не сможет быть реализован там, где действует прямой запрет на майнинг.
Для остальных регионов, если законопроект будет принят в заявленном виде и запретит лишь совмещение ролей, энергокомпании могут потерять один из способов монетизации собственной генерации, но не сам спрос на электроэнергию. Потенциально производители смогут сохранить отношения с независимыми операторами, например, поставлять им электроэнергию или участвовать в проектах по созданию генерации. Тогда ключевым структурным изменением станет более четкое разделение между владельцами генерации, ЦОД, операторами вычислительной нагрузки и сетевой инфраструктурой.
В целом, последствия законопроекта будут зависеть от того, насколько широко будет определен круг подпадающих под запрет субъектов, какие формы владения и управления инфраструктурой он затронет, предусмотрит ли исключения и переходный период.
Для рынка распределенной генерации новый проект имеет важное следствие: чем сложнее получить большую сетевую мощность для ЦОД, тем выше спрос на локальные независимые энергоцентры.
Сегодня в России уже существует значительный парк малой генерации. По данным Ассоциации малой энергетики, к началу 2026 г. совокупная установленная мощность распределенной генерации в России составляла ~38-39 ГВт (14-15% общей генерации). При этом ~71% этих показателей приходится на газовую генерацию.
Майнинг интересен для рынка малой генерации как крупный и стабильный потребитель электроэнергии. При этом майнинговые объекты более гибкие с точки зрения размещения, чем многие традиционные виды промышленной нагрузки. Это позволяет рассматривать их совместно с локальными энергоцентрами, которые также могут размещаться непосредственно рядом с вычислительной нагрузкой.
Таким образом, для обеих сторон новый запрет может создать новые возможности для роста: доступ к надежному энергоснабжению для майнинга; и новый класс потребителей для малой генерации.
При этом распределенная генерация не является способом обхода регулирования, а, напротив, дополняет возможности сетевой инфраструктуры, создавая дополнительные источники мощности. Для майнинга это возможность снизить зависимость от сетевых ограничений, а для энергосистемы – перенести часть нагрузок на локальные источники генерации.
В любом случае, окончательные выводы о последствиях нового законопроекта ФАС можно будет делать только после его публикации. Однако уже сейчас можно предположить, что разделение функций между энергетикой и майнингом может создать дополнительные возможности для рынка распределенной генерации – прежде всего за счет роста спроса на локальные источники мощности для крупных энергоемких объектов.
Ассоциация малой энергетики
